Вы находитесь на архивной версии проекта bandynet.ru. Перейти на новую версию.

Сергей Ломанов: Игроки для тренера не пирожное, которое он должен любить

- 22.05.12 00:00 - [Anthony]
Фото: Евгений Кузнецов
Фото: Евгений Кузнецов
Версия для печати

Накануне своего 55-летнего юбилея на вопросы газеты «Городские новости» ответил заслуженный мастер спорта СССР, заслуженный тренер России Сергей Иванович Ломанов, рассказавший о молодых годах в составе «Енисея», шведском этапе карьеры, обстановке в сборной СССР, а также поделился планами по усилению комады.

- Сколько себя помню – лет с пяти, наверное,всё время играл в футбол или хоккей. Раньше ведь мы не делили себя на хоккеистов и футболистов. Помню, мы летом жили всегда в пионерлагере «Орлёнок» и там проводилась спартакиада лагерей. В ней по футболу выступали команды лагерей «Ласточка», «Космос», «Гагарин» и других. Я выступал за «Орлёнок» в команде, где ребята были на 4-5 лет старше меня. Мы выиграли турнир, и я очень горжусь до сих пор своей первой победой. Мячи, клюшки, коньки – всё это моё с детства. У нас же ни интернета, не было не было даже телевизора дома до поры. У друга в семье был - с большой линзой, наполненной водой, перед малюсеньким экраном. Так и смотрели кино или концерты сквозь «аквариум». Потом папа купил чёрно-белый телевизор, который показывал очень плохо, пока он не пробросил антенну на крышу через окно. Бедно все жили. Автомашин не было ни у кого, как теперь. Профессионально футболом занимались и тренировали пацанов на «Рассвете». Туда надо было ехать через весь город, много времени терять. Но у нас зато были свои тренеры. Во дворе с нами возился дядя Ваня, мячи нам приносил новенькие. Потом – директор хоккейной спортшколы Красмаша Владимир Степанович Шиповалов возился с нами, а затем Валерий Филиппович Поздняков, тренер спортшколы взялся за наше образование уже всерьёз и надолго. Поздняков очень много нам дал. Жизнь раньше была более спортивная. Стадионов было больше, проводились заводские спартакиады. Я завидую сейчас, что на «Рассвете» появился современный спортивный комплекс: крытый игровой зал, поле футбольное с прекрасным газоном и ещё одно - тренировочное. К сожалению, воспитанникам нашей СДЮСШОР, в которой 400 мальчишек занимаются, летом в футбол не поиграть – негде. Дети летом буквально выброшены на улицу, не всех можем в оздоровительные лагеря направить. И мы клубом не можем заявиться на первенство города, поскольку своего футбольного поля у нас нет. 400 мальчиков – это 400 судеб и тренеру в этом возрасте опасном надо быть рядом с ребятами круглый год. Воспитывать, обучать, показывать им пример. Футбол имеет много общего с хоккеем с мячом, и они по-своему обогащают игроков в плане игрового мышления, совершенствования координации движения, скорости принятия решения.

- Как вас, молодых ребят принимали поначалу в «Енисее»?
- В общем-то - хорошо. Но мы – Андрей Пашкин, Виталий Савлук, Виталий Ануфриенко и я играли - уже тогда - в разный хоккей со старожилами. Они - в более медленный, мы - в более скоростной. Старожилы говорили нам: «Ну куда вы улетаете вперёд?!», а мы отвечали, мол, если хотите играть с нами - играйте в наш хоккей, догоняйте. В общем, бывали косые взгляды в нашу сторону от любителей поиграть в кружевной хоккей с откатами назад, дугами неторопливыми. Мы и по жизни вместе с Пашкиным, Ануфриенко и Савлуком дальше всегда вместе шли.

- Выступая в Швеции за «Сириус», Вы вновь попали в замедленный хоккей и время пошло вспять?
- Не совсем так. Да, хоккей другой, но на тренировках, в теоретических занятиях в «Сириусе» очень много уделялось времени действиям команды в обороне. Игра в защите – основа основ для шведов. Я слышал, как один тренер говорил команде: «Счёт 0:0 нас вполне устраивает – оборона, оборона и ещё раз оборона!» Игре в нападении уделялось в «Сириусе» не так много времени. Когда в Швецию поехали игроки из СССР – Цыганов, Залетаев, они были лучшими в атаке. Но шведы поступили очень мудро: в лучшие клубы они русских не брали – усиливали средние по силе клубы. За счёт этого и уровень чемпионата страны там поднялся, да и конкуренция между клубами усилилась. Скорости стали выше, и вскоре к российскими хоккеистами подтянулись молодые шведы. Через два года ко мне в Упсалу приехал и стал выступать в «Сириусе» Ануфриенко. В другие клубы тоже хлынула вторая волна сильных игроков из России. А наш хоккей в 90-е годы сильно ослаб. Наверное, сами помните тяжёлую ситуацию в нашей стране в то время?

- Чем для вас ценен шведский период?
- В советское время мы в Советском Союзе 90 процентов времени и в теории, и в практических занятиях посвящали действиям в нападении. Многого об игре в обороне я не знал и не понимал ранее. Там я обогатился новыми знаниями, лучше стал понимать шведский хоккей. Всегда хотелось узнать, что им не нравится, какая тактика, какие действия для них неудобны. Секретов своих от меня партнёры в «Сириусе» не прятали - мы обсуждали всё. В любой ситуации ты можешь обогатить себя новыми знаниями. Если сам этого по-настоящему хочешь, если есть желание докопаться до сути. И мы, играя сейчас против шведов, стараемся обернуть особенности их игры себе на пользу.

- Еще одна «командировка» в новую для вас среду случилась, когда вы отправились в московское «Динамо». Она явилась для вас вынужденным антрактом, потерей времени или временем накопления новых идей?
- Всегда интересно поработать с игроками уровня сборной страны более плотно и более длительный период, нежели на сборах. В Московском «Динамо» у меня появилась возможность глубже вникнуть в психологию каждого из сборников, присмотреться к тому, как выстраиваются взаимоотношения внутри команды, между игроками и тренерами. Это был ценный для меня опыт: находил, что можно в будущем использовать в своей работе, что нужно отсекать, реагировать по-другому. Видел и анализировал очень многое для того, чтобы понять, что может помочь коллективу долгое время демонстрировать отличный хоккей и определить то, что этому может препятствовать.

- Например?
- Рано или поздно в любой команде наступает время принятия непопулярных решений. Перед началом прошлого сезона сложилась ситуация, когда нам пришлось расстаться с Толей Суздалевым. Отличный игрок, я к нему очень хорошо отношусь, но настало время не просто держать в составе команды молодых перспективных ребят – таких, как Алан Джусоев, ряд других игроков, - но и давать им полноценное игровое время. Я, как тренер, должен смотреть дальше и помогать раскрыться хоккеистам, способным стать лидерами команды. Мы с Анатолием сели, поговорили и, мне кажется, он меня понял и принял это решение с достоинством. Суздалев продолжил свою карьеру в Швеции. Успешно. И я очень рад за него. Подобных моментов множество в хоккейной жизни – не так всё просто, как кажется. Коллектив складывается успешнее, когда ты эти моменты видишь, предугадываешь, вовремя реагируешь.

- В работе со сборной на чемпионате мира в Кемерове вам московская командировка помогла?
- Да, но со многими хоккеистами я ведь ещё и сам играл. Другие знали, чего стоили Владимир Янко или я, как игроки. Знали наши достижения в тренерском деле. Когда у наставника есть реальный авторитет, признаваемый в команде всеми, то ему легче работать. Мой путь с «Енисеем» все ребята тоже все знали.

- То есть, даже если были не во всём согласны, всё равно принимали требования?
- Проблем у меня не было, тем более, что и мои игроки в сборной были, которые через мои руки прошли. Всё на чемпионате в Кемерове было хорошо. И в организационном плане всё было здорово, и атмосфера была на стадионе очень симпатичной.

- Если бы вам предложили поработать со сборной вместе с Янко, согласились бы?
- Мы уже работали вместе довольно долго, Янко, если помните, и «Енисей» два года тренировал, и сборную, когда я ещё за неё выступал. Значит мы друг другу чем-то подходили? В видении игры у нас есть общие взгляды на хоккей, поэтому, если бы для общего дела понадобилось, для развития нашего вида спорта, то можно пойти на всё. У нас есть, конечно, внутренние противоречия, ревность, но это не главное. Поймите, со стороны нас поджигают - есть очень много людей, которые хотят нас сталкивать… Мы как-то с Владимиром Владимировичем обсуждали эту ситуацию и сошлись в том, что если мы будем вместе и за одно, кое для кого это станет опасным. Но, увы, зная мой вспыльчивый и резкий характер, и характер Янко, этим людям удаётся развести нас в стороны. Но такая ситуация не на пользу нашему хоккею. Даже когда мы не вместе, а рядом – в своих клубах. Но всерьёз обсуждать пока эту тему я не готов. Скажу лучше вот о чём - завистью наблюдаю за хоккеем с шайбой: столько много информации по телевидению, в газетах. Освещение матчей КХЛ, яркие личности в эфире, на газетных полосах. Хоккей с мячом задвинули так далеко, что его не видно и не слышно. Открытости, гласности, доступности информации – никакой. Сказал слово – тут же штрафы... Надо сделать так, чтобы народ нами интересовался, были на виду, пока живы, заслуженные спортсмены, тренеры. Надо использовать для развития русского хоккея их авторитет, знания, понимание ситуации, которая складывается в нашем виде спорта.

- Вы в своих воспоминаниях часто упоминали Валерия Маслова и Василия Дмитриевича Трофимова, Валерия Позднякова – людей, которые помогли вашему становлению в хоккее. Кого бы вы еще назвали?
- Двор. Во дворе мы, мальчишками играли в командах вместе с взрослыми или одни - против взрослых мужчин. У нас в детстве была своя футбольно-хоккейная компания. Тебя бы никогда не приняли в неё, если ты делаешь вещи, которые там не любят. Во дворе нами ценились честность, искренность, уважение друг к другу. Я не хотел потерять своих друзей. Но были и такие люди, от которых мы все отворачивались. До 11 часов вечера играли на коробке. Кто-то из родителей на скамейке сидел, кто-то из окна за нами наблюдал. В других дворах тоже были свои компании, в которых также были свои не писаные правила поведения. Эгоистам, жадинам, воришкам у нас места не было – им доставалось наше общее презрение. Выходишь, бывало, с краюхой хлеба, намазанной маслом и присыпанной сверху сахаром, и со всеми делишься. Так было принято.

- В сборной СССР тоже была дворовая обстановка?
- В сборной Союза она всегда открытая. Костяк сборной составляли игроки московского «Динамо»: Соловьёв, Маслов, Канарейкин, Герасимов, Горбачёв, Лизавин – великие все люди. Когда мы, молодые попадали в коллектив, могли зайти в любой номер и с любым из великих запросто поговорить, посоветоваться. Никакого величия показного с их стороны. После баек Маслова вообще можно было просто с койки упасть со смеха. Все - классные ребята. Хоть и были они старше, опытнее, заслуженнее нас. Сейчас игроки российской сборной, как мне кажется, более закрыты. Жизнь другая и люди стали другими.

- Что не забывается из своих хоккейных подвигов?
- Я вам лучше расскажу один случай. Были с Виталей Савлуком со сборной на на одном из наших первых сборе в Медео. Я задержался на льду, а ребята пошли в бар. Нет, никакого спиртного – просто сидели, балагурили, сок попивали, да байки рассказывали. Иду по коридору, а Василий Дмитриевич и Анатолий Георгиевич Мельников направились из своего номера вниз - решили проверить, чем их подопечные занимаются. Кто-то их ребят заметил тренеров, кричит: «Облава!» Через все щели, что были в баре – кто через служебные двери, кто через окна, кто через кухню мухой вылетели. Смотрю, все разбегаются по номерам. Кошмар! А один динамовец шёл с девушкой, а как услышал «Облава!», подтолкнул её вперёд, а сам - нырк в свой номер и был таков. Девушка идет по коридору, видит, что двери все раскрыты и заходит в номер, где мы жили с Виталей. Спряталась в ванной. Забегает Мельников, открывает ванную и ко мне: «Чей номер?!» Отвечаю, что мой. Он мне: «Ещё чей? Кто с тобой живёт?» Говорю, что Савлук. Попавшихся потом – на ковёр. А Витальку со сборов решают отчислить. Прихожу к Трофимову, объясняю Василию Дмитриевичу, что Савлук ни при чём – девушка не его: бежала мимо и забежала к нам в номер. Трофимов: «Тогда говори – чья?!» Объясняю, ну как я, мол, могу вам это сказать? Не Савлука - точно, а чья именно, не скажу. Василий Дмитриевич поверил мне и решил оставить Виталю на сборе. Потом снова: «Ну скажи, чья дамочка?» Отвечаю: «Девушка московского «Динамо», Василий Дмитриевич, большего я вам сказать не могу». Трофимов немного поворчал, потом махнул рукой и отпустил меня.

- Так про подвиги ничего и не скажете?
- Моя профессия была забивать, что и делал. Как это получалось – пусть другие судят. Я человек скромный. И когда попал в сборную, таким же был. Краснел, стеснялся всего и всех. Бочков, Маслов, Плавунов – все оберегали меня и шефствовали надо мной. Кстати, недавно в интернете нашёл интервью Зинедина Зидана. Один из лучших игроков мира сказал: «Скромность делает человека великим». И верно, ведь когда человек скромен, то он анализирует свою жизнь, поступки, не рисуется, не говорит самому себе, как он здорово играет. В себе ищет причины всех успехов и неудач, всё делает для того, чтобы стать лучше, стремится избегать ошибок. Я и хоккеистам своим посоветовал обязательно просмотреть это интервью. В своей жизни встречал много великих людей и все они были очень скромными и доступными. С ними можно было очень легко общаться. В 1969 году я познакомился с двукратным олимпийским чемпионом Борисом Лагутиным – почётным гостем финала турнира «Плетёный мяч». Он крутился-вертелся с нами – мальчишками. Был очень прост, никакой показухи. Тогда же познакомился и с Анатолием Мельниковым – великим хоккейным вратарём сборной и московского «Динамо». Лев Яшин жил с нами на одном из чемпионатов мира. Лев Иванович также общался с нами, как с равней, хотя был живой легендой. Познакомился на сборе, где мы жили вместе с шайбистами олимпийской сборной, с Владимиром Константиновым. Скромняга, каких мало. С удивлением смотрел потом, как Константинов расправляется в НХЛ у борта с самыми звёздными канадцами – просто молодчина! Скромность позволяет человеку сохранить внутреннюю энергию и направить её в дело, а не на утоление тщеславия. Подружился и с Василием Первухиным. Начинаю говорить ему, какой он классный – тот в ответ, мол, да кто я такой, вот ты – да! Сергей Андреев, футболист-сборник, тот тоже отмахивался от комплиментов, начинал перечислять игроков из хоккея с мячом, результаты матчей, вспоминал рекордные цифры. В общем, переключал стрелку. Я же думал про себя, да кто я такой – Андреев за сборную Союза по футболу играет, все в стране знают, уважают. Дасаев, Гаврилов, Черенков – вся плеяда спартаковских игроков времён, когда там играл Олег Романцев, были такими же и остаются сейчас такими же скромными, как и раньше. И скромность тоже помогла им стать великими. За кого болел в футболе? – за команды, в которых выступали красноярцы.

- Тренеры, с которыми вы сталкивались в Советском Союзе, в Швеции, делали команде разносы? Трофимов ведь тоже слыл горячим человеком?
- Василий Дмитриевич был тонким психологом. При всех мог «наехать» только на человека, который к этому относился очень легко. Трофимов знал, что, когда и кому можно и нужно сказать. И при всех сказать, или наедине. Ранимого игрока он никогда не позволял себе обидеть. Подход его к хоккеистам был всегда индивидуален. Мы всегда очень много общались с Василием Дмитриевичем. Не только о хоккее. Меня очень интересовала его жизнь и жизнь поколения олимпийской сборной по футболу за которую играл Трофимов, которая в 1952 впервые выступила на Олимпиаде в Хельсинки. Ещё во времена Сталина. Отношения у нас были очень хорошие все годы, пока он был жив. Даже когда Василий Дмитриевич остался один, я всегда звонил ему по праздникам. Иногда Трофимов, когда мы играли в Москве, сам приходил на стадион. И мы смотрели матчи, сидя рядом друг с другом.

- Секретов от вас, выходит, Трофимов не держал?
- Наоборот – посоветовал одно упражнение – поднимание на носки по 300 и более раз, которое оказалось очень полезным. Делал его ежедневно, по несколько раз. Даже когда носил на руках и укачивал Лену и Серёжку. Ваня Максимов и Серёга тоже трофимовское упражнение делают.

- В будущем сезоне состав «Енисея» сильно изменится?
- Имеете в виду, что все говорят о том, что от нас уходят игроки? Никто от нас не уходит. Олег Земцов хороший хоккеист, но у нас он в основной состав не попадает и проводит на поле мало времени. Чтобы расти Земцову надо больше игровой практики. Желаю удачи и Славе Вдовенко. Чувствовалось по всему, что он не хотел уходить из команды и принял решение, на мой взгляд, не вполне самостоятельно. Я верил в Славу - именно поэтому Суздалев, быть может, закончил выступление за «Енисей» раньше, чем мог бы. Именно для Вдовенко я освобождал место в составе. Но сейчас подтянулись к основе поближе Денис Лапшин, Слава Шевцов, Вадик Чернов. Вадик классный парнишка: всё понимает, горит. Надеюсь, за год он сильно прибавит. Если взять, к примеру, ребят помоложе, то в СДЮСШОР подрастают ещё несколько интересных ребят. Кстати, на днях рассмотрел повнимательнее Лапшина – Денис заметно возмужал. Был худеньким, как тростиночка, а сейчас мышцы появились... И эти ребята пришли в команду уже более подготовленными, чем тогда, когда мы впервые привлекали на сбор Вдовенко. Время нас рассудит, но Славе я бы посоветовал всегда быть личностью, принимать решения самостоятельно - не жить чужим умом. Жёстко? Но поймите, игроки для тренера не пирожное, которое он должен любить. Тренер должен делать команду и добиваться результатов. Не будет выступать в новом сезоне за «Енисей» Алексей Щеглов - проблемы со здоровьем. Большое ему спасибо за многолетнюю верность «Енисею». Клуб готов отправить его в Высшую школу тренеров для обучения и получения лицензии для работы в профессиональном хоккее. Решение не популярное, но многие не понимают его необходимости.

- Усиление «Енисея» кроме братьев Прокопьевых ожидается?
- Приглашение игрока «со стороны» стоит денег. К тому же, если брать звёзд, то мы не сможем выпускать на поле своих молодых игроков. Так что - отправить их в свободное плавание в другой клуб? Звезда на год в конце сезона уйдёт – мы и её не сохраним, и снова надо будет искать замену на позицию. Если у нас выросла талантливая чемпионская молодёжь, надо это использовать

- Дальнейшие планы на подготовку к сезону?
- Постараемся привлечь на сборы талантливых перспективных хоккеистов. Постараемся сделать максимум, чтобы они побыстрее раскрылись. Мы молодым ребятам разрешаем делать на поле всё, никто ничего им не запрещает. Обводите, играйте играйте или нет в пас. А старшим запрещено делать им даже замечания: это прерогатива главного тренера – в перерыве или после игры, тренировки. (Со смехом) «Наезжать» можно только молодым – на нас, тренеров: «Дайте нам побольше денег!» Отвечаем: «А мы чемпионами станем, если вам зарплаты увеличим?»

- Строительство команды это ведь не только жизнь внутри команды?
- Безусловно. И в этом клубу всегда помогали руководители города и региона - губернатор Красноярского края Лев Владимирович Кузнецов и мэр города Пётр Иванович Пимашков все годы, что он возглавлял администрацию Красноярска. Многие вопросы помогает решать руководитель Красспорта Сергей Владимирович Кочан - руководитель Красспорта. В последние годы мы гораздо лучше понимаем друг друга, хотя поначалу это не всегда удавалось. И я благодарен Сергею Владимировичу за внимание, помощь клубу, СДЮСШОР в их дальнейшем развитии, в решении многих важных вопросов. Мы чувствуем, что Кочан всегда рядом с нами, старается помочь в силу тех властных компетенций, которыми он обладает. Очень усилил «Енисей» Валерий Степанович Кузовов, пришедший на пост генерального директора клуба. Сергей Кочан и Валерий Кузовов вместе очень многое делают для развития красноярского хоккея, не только клуба. Я же могу спокойно сосредоточиться на чисто тренерской работе. И я очень благодарен им за это. Поверьте, это очень важно – говорю это не для красного словца.

- Вам исполняется 55. За что бы Вы себе сами поставили в дневник две «пятёрки»?
- Одну, наверное, за свою карьеру игрока и деятельность тренера. Удаётся вроде и с «Енисеем» что-то выигрывать, и игроков доводить до уровня сборной, они закрепляются в её составе. Хотя оценку пока рано ставить. Вторую «пятёрку» я бы поставил своим детям. Внучка и внук подрастают, радуют нас всех. Семейное благополучие, дети – основа основ. Сына Сергея вы знаете, а дочь Лена работает в Москве с 2006 года. Работа её также связана со спортом.

- Не жалеете, что вся жизнь связана по большому счёту только с хоккеем? Влево-вправо – ни шагу.
- А куда ходить? Я человек не публичный. Не люблю ходить по городу, чтобы меня узнавали, подходили... До сих пор стесняюсь, чувствую себя неловко при этом. На машине куда-нибудь подъедешь, дела сделаешь - быстренько назад в авто. Но стадион родной – другое дело.

- А юбилей?
- «Юбилей»... Да меня уже месяц трясёт, когда слышу это слово. Сколько боролся, за то, чтобы главным 22 мая должно стать награждение игроков команды «Енисей»? Не знаю, что из этого получится… Главное, чтобы друзья приехали, мы собрались все вместе. И всем нам вместе с болельщиками «Енисея» было хорошо.

- Что не сбылось?
- Хочется снова выиграть чемпионат России, чтобы был построен крытый стадион для хоккея с мячом.

Настройки просмотра комментариев

Выберите нужный метод показа комментариев и нажмите "Сохранить установки".

Сергей Иванычу

Дальнейших успехов Вам Сергей Иваныч! Спасибо Вам, что есть такая прекрасная команда играющая в настоящий русский хоккей как "Енисей".