Вы находитесь на архивной версии проекта bandynet.ru. Перейти на новую версию.

Павел Гаврилов: "У меня появилось желание играть"

- 28.06.07 15:29 - [AdmiNN]
Источник: еженедельник "Футбол-Хоккей НН"
Версия для печати

Воспитанник нижегородского хоккея с мячом Павел ГАВРИЛОВ своих главных спортивных успехов добился, покинув Нижний Новгород. В составе архангельского «Водника» стал четырехкратным чемпионом России, выиграл Кубок страны. В составе сборной России был победителем турнира на Призы правительства России. В составе сборной Казахстана принимал участие в чемпионате мира... А два года назад в возрасте "кому за 30..." вернулся, наконец, в родной клуб. Поначалу показалось, что приехал откровенно доигрывать. Однако после очень невзрачного сезона-2005/06 34-летний хоккеист выдал такую яркую игру в нынешнем чемпионате, что снова заставил говорить о себе не только нижегородских поклонников русского хоккея.
Недавно хоккеисты нижегородского «Старта» вернулись с восстановительного сбора, проходившего в Турции, а мы не упустили возможности пообщаться с Павлом Гавриловым.

Наше досье
Павел ГАВРИЛОВ. Родился 17 ноября 1973 года. Мастер спорта международного класса. Выступал за «Оку» (Навашино), «Уран» (Дзержинск), «Моллила ГиФ», «Боллнес» (оба – Швеция), «Водник» (Архангельск), «Зоркий» (Красногорск). В «Старте» с 1990 года (с перерывами).
Четырехкратный чемпион России, двукратный серебряный призер чемпионата страны, бронзовый призер чемпионата России. Обладатель Кубка России. Победитель турниров на призы правительства России (1998 и 2000 гг.). Участник чемпионата мира 1997 г. в составе сборной Казахстана. В сезоне-2006/2007 провел за «Старт» 30 матчей, забил 37 мячей.

- Павел, два сезона в «Старте» у вас получились совершенно противоположными. Неужели в нынешнем сезоне, как говорится, открылось второе дыхание? Почему так же не играли в прошлом году, когда рядом были партнеры более высокого класса?
- Здесь свою роль сыграли определенные факторы, которые относятся ко мне лично, и, скажем так, не для широкой общественности. В какой-то момент появилось ощущение, что я уже не хоккеист. Но весной прошлого года со мной произошли какие-то чудесные вещи, вернулось желание играть, жажда медалей. За эти два года у меня и жизнь совершенно разная была. Всю эту ситуацию со мной вместе пришлось пережить и членам моей семьи, и ребятам из команды. Но никто от меня не отвернулся, не сказал: «Заканчивай с хоккеем», хотя могли бы! Я получил определенный шанс и сейчас стараюсь его не упустить.
- В вас, я так понимаю, проснулся не только хоккеист, но и нижегородец, если решились остаться в неблагополучном «Старте»?
- В трудный момент команда меня не бросила. Не скажу, что это было определяющим фактором, и не стану себя бить в грудь. Свою роль сыграло и то, что с момента отъезда в Швецию, когда мне было всего 19 лет, всегда хотелось играть дома. Это «цепляло» достаточно сильно. Я, наверное, по духу нижегородец. Хотя и родился в Ульяновске, но считал и считаю Нижний своим городом, и куда бы ни забросила хоккейная судьба, оставался твердо уверен, что дом мой будет в Нижнем Новгороде.
- Насколько сложно было играть в этом сезоне, когда никакие медали «Старту» не светили, а предстояло бороться за выживание в высшей лиге?
- Тяжело. В такой ситуации раньше я еще не был. С другой стороны, это бесценный опыт: множество стрессов, приличное напряжение. Нужно постоянно реально оценивать и как-то уравнивать свои возможности с грузом ответственности. Понимаю, что результат мог быть совершенно другим, и как бы это отразилось на мне, на моих близких, при отрицательном результате, неизвестно. Но, как говорится, риск - благородное дело. (Улыбается.) Хотя, в принципе, я не рисковал. Выбор в пользу Нижнего остался. Выбор мой, получивший внутрисемейное одобрение еще в тот период, когда мы месяца три жили без зарплаты. Я столько лет мечтал вернуться в «Старт»! И вот, когда появились силы и энтузиазм играть, что-то создавать, вдруг бросить все?.. В общем, в душе все было за Нижний Новгород, несмотря ни на что. Терпели, ждали светлого будущего, надеялись, что к команде повернутся лицом и не дадут развалиться нижегородскому хоккею. Благо, какие-то крохи на существование у нас еще были.
- Большинство игроков, тем не менее, ушли... Это тоже давило психологически?
- Может быть, в другой ситуации (я говорю о своей личной ситуации) я бы поступил иначе. Возможно, и уехал на год - на два, пока в Нижнем все не возродится. Но я пробовал переезжать из клуба в клуб (правда, не в критические для них моменты), и такой опыт уже имел. Поэтому примерно представляю, что из этого получается.
- Нынешней зимой вам довелось не только играть в слабой команде, но и перекочевать в разряд ветеранов.
- У меня были сезоны, когда приходилось вести за собой других, в Швеции, например. Но там не было такой ответственности. Деньги получил, плюнул и уехал. Все чужое, несмотря на какую-то личную жизнь и свободное владение шведским языком. Кто-то из ребят ужился там, чувствует себя хорошо, а меня тянуло в Россию, хотелось в Нижний... В этом сезоне в «Старте» пришлось пройти еще одно испытание – мучили сомнения. Приходилось играть рядом с молодыми ребятами, а я сам не всегда точно знаю, как что-то делать на самом деле правильно. Ну а правильно это или нет, можно узнать только сделав.
- И много сделали «неправильного» за сезон?
- Ошибки, безусловно, были, и немало. Но впереди новый сезон, в котором будем пытаться их избежать.
- Значит ли это, что вы приняли решение остаться в «Старте»?
- Искушение другими клубами существует, я это не скрываю. Но условия моего контракта «Старт» выполняет. Конечно, у нас жизнь – не сахар, и в другом клубе можно заработать больше, если говорить о финансовой стороне вопроса. Но везти в другой город беременную жену, маленького сына, отрывать их от своего круга... Сыну Мише два с половиной года, тем не менее, у него уже есть свои друзья. Одно дело, пять – десять лет назад свободный от семьи и, соответственно, ответственности за близких, я мог ехать куда угодно. А сейчас, не знаю, какие деньги могут заменить мне нынешний комфорт. В голове перебираю все за и против, и нахожу себя счастливым человеком. Если бы в моей жизни не произошли определенные негативные ситуации, то и нынешнего жизненного «багажа» не было бы. А, как известно, достаточно сложно научиться ценить то, что мы имеем. Сейчас мне это удается. Это и есть счастье в моем понимании.
- У вас уже есть своя семья, почему тогда живете с родителями?
- Была возможность жить отдельно от родителей. Но мы попробовали вместе, и нам это больше понравилось, причем не только, скажем, мне или жене, но и маленькому сыну. Не знаю, может быть, тут сыграли свою роль небольшие квадратные метры той квартиры, где мы поселились, когда я вернулся в Нижний. Все-таки "объемы" для ребенка тоже имеют значение, и если нам важен домашний уют, то ему надо пространство, чтобы побегать, поиграть. Так вот, в той квартире Миша каждое утро устраивал нам своеобразные сценки. Он выставлял всю обувь, подходил и говорил: "Пойдем домой!" Шутки шутками, но в итоге мы перебрались к родителям, и это было, можно так сказать, коллективное решение. Все вместе мы чувствуем себя достаточно комфортно, хотя понятно, что в какой-то момент придется снова разъехаться. Но пока, когда у нас маленький сын и мы ждем второго ребенка, этот вариант наилучший.
- Говорят, что две женщины на одной кухне - это не всегда приятно?
- Это не наш случай. Мои мама и жена очень хорошо ладят, у них никаких разногласий не бывает. Мама помогает Юле, Юля - маме. И потом, есть еще такой нюанс. Жена у меня не нижегородка (мы познакомились, когда она училась в нижегородском Политехе), естественно, круг ее друзей в чужом городе очень ограничен (подруги по студенческим годам - это не настолько крепко, как мне кажется). Сейчас мы обзаводимся общими, "семейными" друзьями, но полгода, грубо говоря, я провожу в поездках с командой, и супруге было бы тяжело оставаться дома одной с ребенком. Тем более, она достаточно образованный и компанейский человек.
- Для вашего папы появление внука, наверное, стало возможностью компенсировать те "пробелы" воспитательного процесса собственного сына? Будучи действующим игроком "Старта", он также в свое время пропадал на сборах и в разъездах...
- Конечно, я скучал, когда папа уезжал. Но ощущения, что я рос без отца, не было. Да, он занимался своим любимым делом - хоккеем. Но и на сыновей у него время оставалось. А что касается внука, то Миша родился, когда папа работал тренером в Швеции. Тогда отец говорил: "Ой, внук еще маленький, а мне надо, чтобы он со мной на рыбалку ходил, гвозди забивал, чтобы разговаривал. Тогда я смогу с ним как-то общаться". Но стоило ему приехать и увидеть четырехмесячного малыша, и все в нем перевернулось. Конечно, дедушке оставаться с Мишей и терпеть детские шалости тяжелее, чем, к примеру, бабушке. Но он делает это с удовольствием. И если мы с женой хотим куда-то сходить, то всегда есть на кого оставить сынишку. Мне кажется, и им не скучно.
- То, что когда-то вы предпочли хоккей с мячом, это заслуга отца или ваш выбор?
- Однажды я озадачился этим вопросом, и сколько воспоминаний не перебирал, никаких жестких границ, чем заниматься, не обнаружил. Конечно, существовал пример отца, мама – тоже спортсменка, дед по папиной линии был футболистом... Наверное, спортивное начало у нас в генах заложено (улыбается). А выбор... Передо мной была масса видов спорта – от велосипеда до хоккея с шайбой. Я тренировался то с одними, то с другими, и все это было интересно. Но сколько себя помню, хотел стать хоккеистом, и когда в межсезонье разговор заходил, например, о том, доигрывать ли в футбол какие-то турниры или начинать тренироваться в хоккей с мячом, предпочитал второе.
- А то, что вы - сын достаточно известного хоккеиста местной команды, как-то сказывалось?
- Тут были и свои плюсы, и свои минусы. Люди со стороны реагировали на это по-разному. Я в команде оказался достаточно рано по нынешним меркам. Но в те времена было нормальным, что молодежь в 15 – 16 лет подключали к мастерам. Для меня это было тяжело, потому что к физическим нагрузкам примешивалось желание не подвести отца-тренера и в то же время вписаться в коллектив. Нужно было искать эту грань. А отец достаточно строго в этом плане ко мне относился, и за свои ошибки я получал не только на льду, но и дома.
- То есть, хоккей не оставался в раздевалке?
- Нет, не оставался, и это тоже накладывало свой отпечаток. С другой стороны, я не могу сказать, что когда-либо папа говорил мне что-то неправильное. Может быть, что-то и не сходилось в наших взглядах, но я всегда уважал его мнение. И очень ценил – это до сих пор.
- Он – защитник, вы выдвинулись вперед. Это от разности характеров?
- Детским тренером у меня был Александр Павлович Никишин, и особыми рамками он меня не ограничивал. Тем более, мне все время хотелось делать то и то. Отец получал удовлетворение от того, что он отнимал мяч. Мне удавалось что-то создавать и забивать самому. Не знаю, это, наверное, какие-то внутренние качества, их можно развивать, а не воспитывать.
- С другой стороны, если хочется забивать, есть позиция нападающего. А полузащитник – это как бы ни то ни се, что ли?
- Или все! Сейчас и защитнику требуются навыки игры в атаке. Конечно, ему не нужно бежать забивать голы, но в созидании он тоже играет большую роль. Точно так же сейчас нападающие отрабатывают в обороне, с них все начинается. Хоккей достаточно сильно продвинулся вперед. Да, хоккеист не может быть «всем», но и оставаться только защитником или только нападающим тоже уже не может. И чем разностороннее игрок, тем полезнее он для команды. При этом, каким бы разносторонним игрок ни был, он в каждой игре должен выполнять определенные функции и задачи, поставленные тренером. Я пробовал играть на разных местах и, признаться, в защите чувствую себя неуверенно (не мое это, там мне много чего непонятно).
- Если ваши амплуа перенести на жизнь, то отец тоже останется защитником, надеждой и опорой для семьи, а вы – полузащитником, человеком, пытающимся сделать сразу несколько дел?
- Достаточно сложная параллель. Все-таки там, на поле, это больше игра. А в жизни хочется побыть в реальности. Многие вещи, которые я позволяю себе на льду, неприменимы в моей жизни, и на характер это перенести для меня очень сложно.
- Со стороны кажется, что свою жизнь вне площадки вы тоже пытаетесь выстроить по-своему. Скажем, отец – это игрок одной команды, а вы успели поиграть в нескольких клубах, в том числе и за границей.
- Чтобы попасть в сборную, нужно играть в определенном клубе, где тебя на тренировках будут окружать мастера высокого класса, где будут другие – более высокие – требования. Чем выше клуб, тем больше возможности научиться. Чем выше партнеры рядом с тобой, тем выше будет твой класс. И, мне кажется, не попади я на определенном этапе из Швеции в «Водник», то, не знаю вообще, играл бы сейчас в хоккей или нет.
- Говорят, вы успели получить травму после окончания чемпионата.
- Да. Играли в футбол, и в безобидной, казалось бы, ситуации сломал палец на ноге. Сейчас хожу в лангете. Но вроде, все нормально обошлось.
- Это единственная травма, которая была в этом сезоне?
- Определенные проблемы были, но нам удалось с ними справиться. Уж не берусь судить, насколько они серьезные, главное, что на игре это не отразилось. Может быть, в определенные моменты были проблемы, которые чуть-чуть сковывали. Но это не было настолько серьезно, чтобы пропускать игры.
- Не так давно в меню спорт-бара «Арена» появилось новое хоккейное блюдо «Салат от Покидова». Не будете возражать, если появится нечто подобное «имени Павла Гаврилова»?
- Наверное, после нынешнего сезона болельщикам это будет интересно. Думаю, это реально и решаемо.
- А какое блюдо в случае чего выберете?
- У меня есть пара любимых блюд, но, думаю, что ни в одном ресторане мира не смогут приготовить их так, как это делают мама и жена. К примеру, перед играми я постоянно кушаю макароны с определенным соусом, который делает Юлечка. А жареную картошку предпочитаю исключительно маминого приготовления.

Беседовала Нина ШУМИЛОВА